Проекты 2012

Здравствуйте, уважаемые читатели нашего блога!
Мы "таки" хотим рассказать вам "за всю Одессу", особенно "за Одессу еврейскую"!
Мы - ученики Одесской еврейской школы "ОРТ" №94. В рамках проекта Всемирного ОРТ "Хибур", тема которого "История народа через историю семьи и общины", мы исследовали историю наших семей и еврейской общины города Одессы.
В этом блоге вы найдете реальные истории о наших родственниках, переживших тяжелые военные годы и годы репрессий в Советском Союзе,  узнаете об истории евреев в Одессе, мы покажем вам достопримечательности города, связанные с еврейской историей и культурой, и расскажем об известных евреях, создавших эту историю и культуру.

История первая - "Письма с фронта"

Наш прадедушка Козачков Ефим Моисеевич (1899-1990) родился в Белоруссии, в городе Могилёве. Учился в Одессе, окончил Медицинский институт. Был врач-дерматолог, до войны работал в больнице №7 города Одессы. Всю войну был в рядах действующей армии. У него есть награды, боевые медали и благодарности.
Вот его письма с фронта бабушке, одно из писем датировано 9 мая 1945 года (День Победы). В нем он написал: "Нет слов выразить свои чувства и чувства всех фронтовиков. Дело, за которое мы бились 4 года, наше правое дело, победило."



Наша прабабушка Патлажан Ида Марковна (1906-1978) родилась в Кишинёве. Окончила педагогический институт в городе Одессе. Во время войны семья эвакуировалась на Урал. Прабабушка была директором школы в селе Осиповка Курганской области. До и после войны работала учителем истории. У прабабушки Иды много наград, в том числе медаль «За трудовое отличие».

Авторы: Дмитрий и Владислав Козачковы 
Дата: 07.05.2012


История вторая - "Наша большая еврейская семья"

          Мой прадед Абрам был мудрым и добрым человеком. Когда знакомые евреи решали ехать или не ехать в эвакуацию, некоторые говорили, что немцы - высококультурная нация, поэтому их не надо бояться, - прадед Абрам велел семье собирать быстро все необходимое. Когда все было собрано, он произвел «досмотр» и оставил 1/10 часть - только теплые вещи и обувь, то, что можно без особого труда нести в руках. Быстрая эвакуация спасла семью.
Про прадеда Абрама была еще такая история: в 18 - 20 годы он ходил на работу пешком на Ближние Мельницы. Был голод. Дед брал на целый день с собой горбушку хлеба, совсем маленькую, чтобы побольше осталось жене и маленьким дочкам.
Однажды по дороге на работу он встретил родственника Наума, опухшего с голоду и тут же накормил его. Эту историю рассказал много лет спустя сам Наум моему папе. Он сказал, что за всю его жизнь это был самый ценный подарок. Кстати, родной брат Наума - Виктор был заместителем министра финансов Узбекистана до войны и во время войны. Именно Виктор очень помогал семье деда в эвакуации в Ташкенте.
А еще дед Абрам как-то в послевоенные годы достал библиотеку Шолом - Алейхема. Какой - то родственник придя к ним в дом, восхищенно начал листать страницы книг. Дед тут же, не задумываясь, взял три тома и подарил - поделил пополам.
В 18 году в Одесской области, кажется, в с. Велико - Мехайловка был погром. Деда семью крестьяне спрятали, а деда Абрама и его брата погромщики забрали заложниками, видимо, требуя денег. Когда их куда - то вели, дед вдруг заметил стоящую у забора лестницу. Он тут же бросился в сторону перелез через забор и сбежал. А брата погромщики убили, трое его детей остались сиротами. Одну его дочку Риву дед воспитал в своей семье, вторую дочь взяли другие родственники, а сын остался с матерью.
У деда Ильи был старший брат Миша, который остался в Одессе, в оккупации и погиб в гетто.
У бабушки Дины был родной дядя Лёва, который, провожая семью в эвакуацию, зашел на пароход. Его уговаривали уехать, но дома у него осталась жена, которая категорически не хотела покидать Одессу, и он вернулся к ней... Они обо погибли в гетто.
У бабушки Майи была двоюродная сестра тётя Клара. Ее семья осталась в Одессе, все они попали в гетто в Доманёвку. У нее на глазах расстреляли всех, в том числе ее годовалого ребенка. Ей удалось бежать. Её прятали украинские семьи. Она была белокурой, не всякий угадывал, что она еврейка. Клару долго мучили кошмары по ночам, она не могла спать. Никто из врачей ничем не мог помочь. В начале 50х годов родственники из Израиля прислали ей какое-то французское лекарство, которое ей помогло. В 70-е годы она с новой семьей уехала в Америку.
Автор: Иван Авербух 
Дата: 07.04.2012

История третья - "У каждой семьи своя история..."

Я хотела бы немного рассказать об истории моей семьи. 
Из записей прапрабабушки известно, что самым младшим ее братом был Фадей Игнатьевич Кауфман. Был он очень веселым и жизнерадостным человеком. Работал банковским служащим в Государственном банке в городе Петербурге. Женат был на Лидии Ведринской. Своих детей у них не было. Умер Фадей Игнатьевич в Ленинграде во время блокады. 
Мой прадедушка Кофман Валентин Соломонович родился и жил в Одессе. Весной 1939 года он был призван в армию, находясь в должности главного хирурга танковых частей при освобождении Западной Украины. Вернулся в Одессу после окончания войны с Финляндией. 22 июня 1941 года вновь был мобилизован и назначен армейским хирургом Приморской армии сначала в Одессе, затем в Севастополе. В.С.Кофман - профессор, военврач 1-ого ранга, до последней минуты героической обороны Севастополя оказывал помощь раненым и уступил свое место в одном из последних самолетов, улетавших из Севастополя на Большую землю, медицинской сестре с грудным ребенком. 
У дома № 50 по улице Еврейской, где до войны жил доктор Валентин Кофман, установлена мемориальная доска: барельеф Кофмана в армейской гимнастерке, со шпалами в петлицах и орденом Красной Звезды. Рядом слова: «В этом доме с 1919 по 1941 год жил участник обороны Одессы и Севастополя, главный хирург Приморской армии, доктор медицинских наук, профессор Валентин Соломонович Кофман (1901-1942)».
Моя бабушка Кофман (Шнайдер) Элла Моисеевна родом из Каменец-Подольска. Их семья была очень большой. У бабушки было 8 двоюродных братьев. Во время оккупации погибли все родственники, кроме одного, который служил в армии. 
Мой дедушка Вайсблех Пейсах Моисеевич был призван в армию во время Великой отечественной войны в 18-ти летнем возрасте. Был дважды ранен, имеет боевые награды. За время войны прошел путь от рядового до лейтенанта. 
Автор: Вика Кауфман 
Дата: 30.03.2012


История четвертая - "Наши семейные истории"

Несколько раз в году я с родителями езжу на еврейское кладбище, где похоронены мои родственники.
Однажды, присев рядом с одной из могил, папа стал рассказывать мне о страшной судьбе, постигшей этих людей за то, что ни были евреями в тяжелое военное время.
Один из родственников умер во время того как он выезжал на поезде из Одессы и его похоронили просто на какой-то станции...
Был ещё один, которого не взяли в армию, так как у него были очень большие проблемы со зрением. Он остался в Одессе и работал кондуктором в трамвае. Когда румынские войска вошли в Одессу, они стали отлавливать и уничтожать евреев. Его нашли во время работы и повесили прямо в трамвае...
Ещё одного родственника пытали и после того, как он ничего не сказал, его застрелили...

Автор: Женя Эрлих
Дата: 02.04.2012


История пятая - "История моей прабабушки"

Мой прадед Якуб Абрамович Смоленский - польский еврей.  
Все происходило во время второй мировой войны. Ему было только 15 лет, когда он ушел из родительского дома в Польше и перешел границу с СССР. Он верил в советскую власть и думал, что в Советском Союзе он будет счастлив. 
Но советская власть приняла его за шпиона и моего прадеда судили, затем отправили в тюрьму. В тюрьме он отсидел почти год. 
Началась Великая Отечественная Война и его, 16 летнего парня, отправили на фронт в штрафном батальоне. Он прошел два года на передовой. Дважды убивали всех, кроме него. Дед вырос в религиозной еврейской семье и поэтому молился постоянно. И Бог слышал его молитвы каждый раз. 
Вместе с Советскими войсками он дошел до Одессы. Но во время освобождения города в одном из боев он получил пулю в ногу. Войска пошли дальше, а дедушка остался в госпитале с серьезным ранением. Когда он поправился, то его комиссовали. 
Перед дедушкой встала проблема - где ему жить?! Жить его направили на еврейскую квартиру в семью Коган. И совсем скоро мой дедушка Яша женился на дочке Исаака Когана Евгении, но это совсем другая история...
Освобождение Одессы


Автор: Женя Эрлих
Дата: 02.04.2012

История шестая - "История моей прабабушки"



Эту историю рассказала моя мама о своей прабабушке Иде Лазаревне Пейсихман
      "Несмотря на 78 дней мужественной защиты одесситами родного города, Одесса оказалась оккупирована фашистами в октябре 1941 г. Начались массовые аресты и казни защитников Одессы, которые не успели уйти с Красной Армией. Не успел уйти главный технолог одесских мельниц Лейба Шулимович Пейсихман, он до последней возможности выполнял свой гражданский долг, снабжая одесситов мукой. Дважды он пытался эвакуировать свою семью: жену Иду с двумя сыновьями Шурой, 9 лет, и Леней, 5 лет, вместе с сотрудниками одесских мельниц с их семьями, но заградительные военные отряды забирали машины, и люди были вынуждены возвращаться домой в Одессу пешком. Одесса оказалась оккупирована. Немцы издали приказ, что все лица еврейской национальности должны зарегистрироваться в магистрате. Лейбу Шулимовича Пейсихмана и многих его сотрудников-мужчин немцы арестовали и бросили в Одесскую тюрьму на Слободке. Начались массовые гонения на евреев. Многих евреев соседи, русские и украинцы, прятали, доставая им подложные документы. Однако семье Лейбы Пейсихмана не повезло. 
     Домработница Поля выгнала их из квартиры на улицу. Они были немедленно схвачены немцами. Так Ида Лазаревна Точиловская (Пейсихман) и ее два сына попали в Одесскую тюрьму на Слободке. Там шли массовые расстрелы евреев. Там она узнала, что ее муж и отец ее детей Лейба Шмулевич Пейсихман был вывезен 27 октября 1941 г. в Дальник, где он был расстрелян. Услышав страшное известие о гибели отца, Шура Пейсихман стал заикаться, эта боль появилась в его сердце с того ужасного времени, и продолжалась всю его жизнь, трагически сократив ее. 
     В тюрьме свирепствовал тиф, Ида Лазаревна с сыновьями, заболевшими тифом, попали в тифозный барак. Немцы боялись туда заглядывать. Поэтому доктор В.М.Гольдман старался даже выздоровевших от тифа людей как можно дольше удерживать в тифозном бараке, вывешивая таблички с якобы высокой температурой. Этим отважный врач многим людям спас жизнь. Из тюрьмы немцы ежедневно отправляли заключенных евреев на расстрел в Дальник. Семья Пейсихман должна была уйти из тюрьмы последним этапом на расстрел. 
     В это время Одессу заняли румынские войска. Был издан приказ Антонеску «очистить Одессу от евреев» и переселить их в гетто, чтобы они работали на немецкую и румынскую армии, выращивая продукты для пропитания армий. Евреи направлялись на сортировочный пункт: среди них к тому времени практически не осталось мужчин, большинство из них было к тому времени уничтожено, сортировке подвергались старики и матери с детьми. Принцип сортировки был таков: если в семье кто-нибудь, даже ребенок-подросток, был в состоянии работать, семью направляли в гетто, если же оставалась одна мать с маленькими детьми, их отправляли на уничтожение. Так Пейсихман Ида с сыновьями Александром и Леонидом оказались в гетто, сначала в Одессе, а потом  в январе 1942 г. были переведены в Доманевское гетто Николаевской области. Жить в гетто приходилось в холодных, не отапливаемых бараках, всех, даже детей, заставляли тяжело работать, собирая овощи, оставшиеся в поле. Александру, которому было 9 лет, приходилось таскать тяжелые мешки, грузить их на повозку, и везти с поля в гетто. В качестве еды выдавали кружку сырой муки, где половину порции составляла солома. Посуды у жителей гетто не было никакой, поэтому иногда порцию муки заворачивали в одежду, и зачастую несчастные, изможденные холодом, голодом и непосильным трудом люди просто глотали эту сырую смесь. Дети, обессиленные и настолько худые, что тонкая кожа просвечивала насквозь, болели и умирали от этих ужасных условий жизни в гетто. 
      Об учебе в школе не могло быть и речи, люди жили в нечеловеческих условиях унижений и страданий, голодали и погибали. Но Ида даже в гетто занималась с детьми, учила их читать, считать и писать. 
     В конце марта 1944 г. конные конвоиры и полицаи собрали узников Доманевского гетто и погнали их на расстрел. В это время налетели советские бомбардировщики и начали бомбежку огромной колонны. Люди разбежались во все  стороны. Ида с детьми спрыгнула в глубокий овраг и спряталась в кустах. После бомбежки конвоиры и полицаи стали собирать узников, многих расстреливали на месте. Над оврагом и кустами тоже пролетело много пуль, но, к счастью, они миновали хрупкую молодую мать с двумя детьми. Дождавшись ночи, Ида с детьми пошла вдоль дороги в сторону Одессы. Вокруг Одессы было расположено много немецких сельхозпоселений (колоний). Немецкие поселенцы уехали оттуда с отступавшими немецкими и румынскими войсками под ударами наступавшей Красной Армии. В этой немецкой колонии Ида с детьми пошла ночевать в сарайчик по левую сторону дороги, а не в большие дома, расположенные с правой стороны. Мудрость и смелость матери вновь чудесным образом спасли их жизнь. Утром советские саперы поздравили ее и детей с чудесным спасением, так как все большие дома в колонии были заминированы. Так вместе с саперным отрядом Ида с детьми пришла в Одессу, которая уже была очищена от фашистских захватчиков 10 апреля 1944 г. Мальчики сразу пошли учиться в школу. Шуру приняли в 3-й класс, так как он прекрасно читал, считал и писал, сочинял стихи,  - благодаря мудрости и терпению мамы, которая не прекращала заниматься с детьми, несмотря ни на какие тяготы жизни в оккупации. Мальчики были хорошо подготовлены к учебе. 
    Дом в Одессе, в котором они жили до войны, был занят другими людьми, и Ида с двумя мальчиками поселилась в одной комнате коммунальной квартиры на улице Свердлова (ныне Канатная), где соседкой оказалась та самая Поля, которая пыталась просить у нее прощения…»